Санкт-Петербург, 13 линия В. О., дом 70

Время работы: 11:00 — 22:00 ежедневно

ВХОД СВОБОДНЫЙ

3D тур прогулка по музею

Наш телефон: +7 (812) 313-47-03 Аренда под мероприятия: +7 (921) 947-46-23 Почта: info@artmuza.spb.ru

АРТМУЗА » Арт-блог » Интервью с Дмитрием Ермоловым, художником-маринистом и резидентом Артмузы

Интервью с Дмитрием Ермоловым, художником-маринистом и резидентом Артмузы

Те, кто у нас не впервой, в курсе, что Артмуза — это творческий кластер, внутри которого мастерские, творческие лаборатории, студии и авторские магазинчики самого разного формата.
Всех перечислять у нас не хватит печатных букв, поэтому продолжаем, как это говорится, знакомить вас с резидентами.
Нанесли гостевой визит в мастерскую художника Дмитрия Ермолова
резидента Артмузы с незапамятных времен, чьи работы тяготеют к морской тематике.

 
 
Арт.: Дмитрий, во-первых, спасибо вам, что нашли время поучаствовать в интервью. Давайте начнем с самого базового вопроса: какой город вам больше всего нравится для «водных» пейзажей?


Д. Е.: Для водных или для морских?


Арт.: Обобщим.


Д. Е.: Нет какого-то конкретного, сразу скажу, мне просто нравится вода: и в виде реки, и в виде моря, вообще все водные массивы… Просто нравится.


Арт.: А если, допустим, выбирать между Венецией и Петербургом?


Д. Е.: Сложный вопрос (смеется). Это не совсем сопоставимые вещи все-таки: у нас в Петербурге какая-то более северная красота что ли, чуть-чуть поюжнее атмосфера другая и поэтому несколько по-другому всё… Я люблю тепло (смеется), хотя живу здесь уже сколько лет — сам с юга.


Арт.: Тогда переходим к следующему. Как бы вы определили своё самое большое достижение в творчестве?


Д. Е.: Думаю, что все еще впереди. Насколько это будет избитый ответ, но это на самом деле так: какие сейчас итоги подводить-то. Самое большое достижение для меня — за всю мою карьеру художника — это поступление в Академию Художеств. Потому что в то время, 20 лет назад (в 2001 году я поступил), это было сложновато — физически, психологически даже, и как-то я так справился с этим.




Арт.: Как бы вы вообще прокомментировали потребность в классическом академическом образовании? Насколько это значимо лично для вас и чем именно?


Д. Е.: Лично для меня да — мне нужно было классическое образование, мне это нравилось, я хотел его получить. Сейчас, конечно, мир меняется, все становится по-другому, может быть теперь и не нужно даже это академическое образование, может быть, все идет к тому, что скоро вообще его отменят (смеется), не могу предсказать… Я приехал в Питер за самообразованием, чтобы повысить свой уровень. Тут, пожалуй, каждый сам анализирует свои возможности и потребности.

 
Арт.: Вы — неоднократный участник международных выставок. Что может подвигнуть художника, приехавшего из другого города, из средней полосы, дорасти до международных выставок?


Д. Е.: Это сложный вопрос. Часто мы обсуждаем это с художниками. На самом деле, как мне кажется, это уверенность в себе, но откуда эта уверенность в себе возьмется? Она, естественно, должна быть чем-то подпитана, какой-то поддержкой со стороны близких, среди друзей, пусть это будет и какая-то финансовая поддержка. Но, прежде всего, как мне кажется, поддержка моральная. Должны поддерживать близкие друзья, близкие родственники, родные. Это всегда крайне ценно. Чего у меня, например, не было, поэтому я сам такой, да. Вот моя мама, допустим, когда я ей сказал, что я хочу быть художником, в прямом смысле слова, ответила «Ты что сумасшедший?». Сейчас просто об этом уже как-то и не задумываешься. Но поддержка это главное.


Арт.: А, в этом контексте, что бы вы выбрали — стабильность или риск? Если мы говорим про какие-то крайности, не подразумевая промежуточного ответа между ними. Усредненная стабильность: все вроде бы хорошо, где-то какие-то работы продаются, вроде бы и на хлеб хватает, но звезд с неба не ловите. Либо же риск — эксперименты с формами, жанрами. Искусство ради искусства и финансовая шаткость…


Д. Е.: Ну, конечно, если между этим выбирать, то естественно я бы предпочел риск. Конечно. Потому что я сам рисковал в начале своего пути, тот факт, что я выбрал этот путь, это тоже своего рода риск. Никто не знал, и, главное, я сам не знал, чем это все закончится, куда выведет эта кривая такая…


Арт.: А у вас были такие моменты, когда вам было бы страшно продолжать?


Д. Е.: Да, были, конечно, я же живой человек. Когда я закончил Академию Репина. Надо было куда-то идти и неизвестно было куда, мне предложили преподавать в «Мухе». Но я погнался за другим.


Арт.: А это в вашем случае, видимо, и был тот самый риск, который в обмен на стабильность?


Д. Е.: Да, я о том и говорю, что это был риск, я куда-то окунался, надо было как-то выживать, что-то делать.




Арт.: У вас, очевидно, есть почерк свой, вот как вы считаете, в какой момент вы его обрели?


Д. Е.: Да, мне часто говорят, что у меня есть свой стиль, язык узнаваемый, но не могу сказать, что помню какую-то точную дату его появления… Это как-то само собой получилось. Просто надо что-то делать, работать. Работать много. Я не знаю на самом деле, когда я свой стиль нашел, но это такой — вневременной вопрос скорее.


Арт.: Принял. И вопрос, пожалуй, последний: какие личные качества, как вы считаете, нужны художнику? Есть среди них такие, которые нужно развивать?


Д. Е.: Это, кстати, хороший вопрос. Ну, прежде всего, уверенность в себе — без этого никак, опять же. Вера в свои силы, уверенность в себе, ну, и упорство, настойчивость, работоспособность. А уж там про какие-то личностные качества… Впечатлительность нужна, конечно, чтобы было, что именно на картины выносить.